Наброски

<...>
Мы не виделись три с половиной года. Всё это время я пытался ее забыть, растворить в новых впечатлениях и эмоциях, как в кислоте, ее образ и все воспоминания, с ней связанные. Я думал, у меня получилось. Но сегодня я внезапно вспомнил о ней, как будто пролежал все это время на дне водоема, а потом резко всплыл и сделал вдох. У меня даже голова закружилась. Я пошел на кухню (хорошо, что там никого не было), насыпал в кружку с подтеками растворимый кофе, плеснул кипятка, добавил сахар, размешал — и всё это с мыслями о ней.
«Ты для меня больше, чем друг, у нас духовная связь, то, чего не выразишь словами», — часто говорила она мне. А я никак не мог понять, что она имеет в виду. Теперь, кажется, понимаю. Такое ощущение, что ее тень все эти три с половиной года ходила за мной по пятам, или она надела шапку-невидимку и всё это время была со мной. Откуда она всё это узнала?
<...>
Эмоции от общения с ней выжгли мне душу со всеми внутренностями. Но, оказалось, из пепла возрождаются. Сначала я ее отчаянно ненавидел, до зубной боли. Потом презирал. Презрение сменила тоска. Я месяц не выходил из дома, сидел перед монитором, смотрел тупые видосики, умные фильмы, научные передачи. Иногда ел. Иногда спал. Иногда мылся. Я полюбил звук своего дыхания и тиканье часов на стене. Я потерялся во времени. Работу, которая нас связывала, я никак не мог доделать. Она писала мне гневные письма, что я рушу договоренности, задерживаю сроки, подставляю ее. А я не мог. Не мог пошевелиться. Моих сил хватало, чтобы прочитать ее письмо и ответить на него. Ее слова были как иголки в открытую рану. Она, как хирург, весь месяц оперировала меня наживую. А потом меня начало отпускать, рана стала затягиваться.
Я стал замечать свою небритость, пыль на полках и на полу, немытую посуду в раковине, плесневый хлеб, просроченный йогурт, счета за коммуналку. Постепенно она стала растворяться в моей памяти, как предрассветная мартовская тьма. Я перестал помнить ее лицо, я очень старался забыть всё, что с ней связано. Когда мы завершили работу, а точнее я просто вернул ей аванс и дал возможность закончить работу одной, мне стало легче. Нас больше ничего не связывало.
И ведь мы даже не целовались…
Я, пожалуй, пару раз держал ее за руку и один раз обнял. Я был для нее никем, просто интересным собеседником. А она была для меня вселенной. Я не люблю вот эти высокопарные сравнения, но иначе не скажешь. Я думал о ней 24 часа в сутки, даже во сне она была со мной. Она была моим кислородом, смыслом моей унылой жизни. А потом всё рухнуло.
Зачем я это вдруг вспомнил, сидя на чужой кухне в 700 км от родного дома и мест, где я планировал быть счастливым? Переезд — это лучшее и самое значимое событие за предыдущие три года после нашего расставания.
<...>

Поделиться
Отправить
26 ноября  
Популярное